О Подвиге, который признал даже враг!

Монумент в берлинском Трептов-парке широко известен не только в нашей стране и не только в Германии. Но не все знают, что идею памятника подсказали реальные истории, которые произошли в самом конце войны в Тиргартене — одном из центральных районов германской столицы.

Этот подвиг, который совершил Трифон Лукьянович в конце Великой Отечественной войны, навсегда запомнился миру, потрясенному величайшим героизмом и гуманностью советского человека. Воин спас от смерти девочку-немку, а сам при этом был смертельно ранен.

Конец апреля 1945 года. Идут последние бои в Берлине. Военный корреспондент Борис Полевой получил задание «Правды» написать о действиях «штурмовых групп» на улицах Берлина. Он приехал в 301-ю стрелковую дивизию, воинам которой предстояло штурмовать правительственные здания гитлеровского рейха. Шла подготовка к штурму очередного дома, и некоторое время на передовой наступило затишье. И вдруг все, кто находился на наблюдательном пункте командира дивизии, укрывался в развалинах, увидели, как из одного дома на немецкой стороне вышла женщина с ребенком на руках и стала переходить улицу. Они были уже на ее середине, когда с немецкой стороны раздалась пулеметная очередь, и женщина, не выпуская ребенка, замертво упала на мостовую. Прошло какое-то время, и бойцы услышали громкий плач ребенка. Он ползал возле убитой матери, тормошил ее и так плакал, что у закаленных войной солдат мороз пошел по коже.

И тогда из укрытия поднялся боец. Закинув за плечи автомат, он прижался к мостовой, пополз в сторону плачущего ребенка. «Сержант, назад!» — крикнул командир роты, но тот только махнул рукой и пополз дальше. В этом бойце Борис Полевой узнал старшего сержанта Трифона Лукьяновича, с которым успел познакомиться.

О Подвиге, который признал даже враг!

В армию Лукьянович ушел в первый же день войны и почти все время находился на передовой. Участвовал в Сталинградской битве, в боях за освобождение Молдавии. Был ранен, а после излечения врачи вынесли приговор: «К службе в армии не пригоден». Сержант поехал в освобожденный Минск, где надеялся найти семью, о которой ничего не знал с тех пор, как оставил родной город. Но на месте, где стоял его дом, был лишь пустырь. От соседей узнал, что в первые дни войны в дом попала фашистская бомба. Погибла вся его семья — жена, две маленькие дочери и теща. За связь с партизанами фашистские каратели убили его отца, мать и младшую сестру, которые жили в деревне недалеко от Минска.

Лукьянович отправился догонять свою дивизию, разыскал ее на территории Польши и упросил командование разрешить ему остаться в части. Узнав о трагедии его семьи, командир дивизии в нарушение всех правил оставил его в части.

И вот теперь Трифон Лукьянович ползет по берлинской мостовой, чтобы спасти немецкого ребенка, отец которого, может быть, убил его семью.

Лукьянович дополз до убитой женщины, взял плачущую девочку и пополз назад. Но ползти с ребенком было неудобно. Он встал и, прижимая девочку к груди, пригнувшись, побежал. И когда уже добежал до своих, с немецкой стороны раздался единственный выстрел: как видно, притаившийся в развалинах снайпер решил не упускать свою жертву. Лукьянович пошатнулся, но успел передать свою ношу в протянутые руки бойцов и упал.

Через пять дней Трифон Андреевич Лукьянович умер в военном госпитале, не дожив до победы несколько дней.

Эта история имела продолжение. При создании известного всему миру памятника воину-освободителю в берлинском Трептов-парке скульптор Евгений Вучетич взял за основу подвиг Трифона. Правда, потом оказалось, что таких историй были сотни.

О Подвиге, который признал даже враг!

30 апреля 1945 года старший сержант Николай Масалов, рискуя своей жизнью, также вынес из-под огня немецкую девочку, что тоже стало сюжетом памятника Воину-освободителю в Берлине.

Солдаты 79-й гвардейской стрелковой дивизии в составе 8-й гвардейской армии генерал-полковника Василия Ивановича Чуйкова вышли к каналу, за которым находились укрепленные вражеские позиции, защищавшие ставку Гитлера и главный узел связи немецко-фашистских войск. В своих послевоенных воспоминаниях ставший маршалом Советского Союза В.И. Чуйков писал об этом месте, что «мосты и подступы к ним густо заминированы и плотно прикрыты огнем пулеметов».

О Подвиге, который признал даже враг!

Незадолго до решающей атаки воцарилась тишина. И вдруг в этой тишине прозвучал плач ребенка, который звал свою маму. Детский крик услышал знаменосец полка старший сержант Николай Масалов. Чтобы добраться до ребенка, нужно было пересечь площадь, нашпигованную минами и сплошь простреливаемую из пушек и пулеметов. Но смертельная опасность не остановила Масалова. Он обратился к командиру с просьбой разрешить ему спасти малыша. И вот гвардии сержант пополз, укрываясь от осколков и пуль, и наконец добрался до ребенка. Николай Иванович Масалов впоследствии вспоминал:

«Под мостом я увидел трехлетнюю девочку, сидевшую возле убитой матери. У малышки были светлые, чуть курчавившиеся у лба волосы.

О Подвиге, который признал даже враг!

Она все теребила мать за поясок и звала: «Муттер, муттер!». Раздумывать тут некогда. Я девочку в охапку — и обратно. А она как заголосит! Я ее на ходу и так, и эдак уговариваю: помолчи, мол, а то откроешь меня. Тут и впрямь фашисты начали палить». Тогда Масалов громко сказал: «Внимание! Я с ребёнком. Прикройте меня огнем. Пулемет справа, на балконе дома с колоннами. Заткните ему глотку!..».

Читай продолжение на следующей странице

1 2 Читать дальше →

Оцените статью
О Подвиге, который признал даже враг!
Зачем мне «двухсерийная» мама-разведёнка?
Adblock
detector